Теперь и в телеграм: подписывайтесь и читайте наш новый телеграм-канал Все о Российско-Арцахской дружбе

Армянин из Краснодара - командир штурмовой группы «Ахмат»

Если не они, то кто? Редактор «Краснодарских известий» Елена Дубова пообщалась по телефону с одним из первых добровольцев СВО — военнослужащим легендарного подразделения.

«Вам не прилетит из-за меня?»

Поговорить с «ахматовцем» предложил один очень хороший человек — краснодарский участник благотворительной организации «Добро и дело» Александр Жежель, недавно бывший героем нашей публикации.

— Что, вот так запросто можно позвонить на линию соприкосновения?! — очень удивилась я. — А как же смартфоны и «прилеты»?

— Вот звоните, он вам и объяснит, — ответил Александр. — Я его предупрежу. Это мой друг. Отличный парень, патриот.

Имени нашего героя не имеем права называть, но можем видоизменить на русский манер — Михаил.

Дозвониться до Михаила получилось не с первого раза.

— Вышки связи сегодня барахлят, — ответил он.

— А как вообще это возможно, что мы с вами разговариваем? Вам не прилетит из-за меня?!

— Здесь нет. Мы отъехали на 100 км от линии соприкосновения на отдых. Здесь можно звонить, входить в интернет, помыться, нормально приготовить поесть. Так делаем после выполнения каждой боевой задачи. Пять дней восстанавливаемся, а затем снова возвращаемся на передовую. Там, конечно, мы не пользуемся смартфонами. Враг у нас технически подкованный, быстро запеленгует.

— Михаил, вы не чеченец, а как оказались в «Ахмате»? У меня стереотипное представление, что подразделение чеченское.

— Я абхазский армянин из Краснодара. (Смеется.) В подразделении «Ахмат» не только чеченцы, хотя их большинство. Русских еще много, есть представители других национальностей. Сейчас я вам видео отправлю с нашими ребятами. Мы его записывали для дочки нашего парня — Насти, которая прислала нам теплое письмо.

— Так как оказались в «Ахмате»?

— Когда наш президент Владимир Путин заявил о начале спецоперации, я сразу поехал к нему в приемную.

— Куда поехали?

— В московскую приемную президента Владимира Путина.

— Зачем?

— Чтобы наверняка попасть на СВО добровольцем. Так посоветовали сделать старшие товарищи. В приемной мне предложили обратиться в Минобороны. Я так и сделал бы, но случайно там же, в приемной, встретил товарища из полка Рамзана Кадырова. Он позвал туда, и я подумал: а почему нет. Поехал в Чеченскую Республику, подписал контракт. Прошел боевую подготовку. Это было в конце февраля, когда в СВО участвовали только контрактники.

— Почему так резко решили отправиться?

— Потому что меня так воспитали — долг превыше всего. Я чувствовал и чувствую, что должен защищать свою страну, свою малую родину, своих родных. Контракт заключил на три месяца. Первые два из них служил в тылу, в Луганске. Мы ходили на разведку, осматривали оставленные дома. Потом вернулся домой, отдохнул и заключил второй контракт.

— Давно вы на передовой?

— Второй месяц пошел. Стал ротным отряда. Еще несколько недель — и вернусь домой, семья ждет. Продолжать не планирую. Я не военный, но свой долг как мужик отдал. Но если коснется глобально, придется подняться всей страной, снова вернусь. Первым побегу. Горжусь, что не без помощи «Ахмата» взяли Луганскую область.

— Какая у вашего подразделения ближайшая задача?

— Не имею права об этом говорить.

— Хорошо, а с чем у вас сложности?

— Сейчас большинство боев проходит в лесу и в поле. И там и там выполнять задачи очень сложно чисто технически. Других сложностей у нас нет. Нас отлично снабжают, дисциплина железная, а наш старшина готовит, как шеф-повар ресторана.

«Сказали зайти — зашли. Сказали поймать — поймали»

— Психологически тяжело?

— Непросто. Стрессоустойчивость необходима.

— Что помогает справляться?

— Черный юмор, без него тут никуда. Надо друг друга подбадривать. Дух должен быть железным, чтобы страх не брал верх. Бывает, тебе бежать надо. Ведь если от страха сейчас не побежишь, то потом вообще никогда не побежишь.

— Александр говорил, что вы получили ранение.

— Да, оторвало палец руки. Мне это не мешает.

— Как в целом оцениваете ситуацию со специальной военной операцией, находясь в ее эпицентре?

— Оценивать — это задача Минобороны. Мы — штурмовики. Сказали зайти — зашли. Сказали поймать — поймали. Но, знаете, я считаю, что наше высшее военное руководство правильно сделало, что, например, дало противнику летом выйти из Лисичанска. Пострадало меньше людей. Сохранение жизни военнослужащих и мирных жителей – в приоритете. Я, кстати, в Лисичанске свою жену встретил.

— Вот этот поворот! Как это произошло?

— Когда зачистку города делали, увидел на улице милую девушку. Говорю, идите, там воду привезли, набирайте. Так и познакомились. Как говорят, между нами произошла вспышка. Пока находился в городе, познакомился с ее родителями, дал понять, что у меня серьезные намерения. Поженились после моего первого контракта.

— Она сейчас где?

— У моих родителей, она ждет ребенка. У меня есть еще сын от первого брака, ему 11 лет. Так же, как и я, занимается спортом. Планируем, что он поступит в Президентское кадетское удилище.

— Что-то хотите сказать через нашу газету краснодарцам, кубанцам?

— Я для себя решил: первый раз отправлялся на СВО за Россию, сейчас я тут — за Краснодарский край. Краснодару и моим друзьям большой привет!

Материал подготовила Елена Дубова

"Краснодарские известия" от 25 ноября

Добавить комментарий

Простой текст

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
  • Адреса веб-страниц и email-адреса преобразовываются в ссылки автоматически.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.

Жанр

При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт russia-artsakh.ru обязательна.